Весной 1855 года Льву Толстому было 26 лет. Четверо суток он дежурит у пушек на одном из самых опасных участков Севастополя. Потом получает двенадцать дней отдыха: квартира с фортепьяно, окна на бульвар, музыка, купание в море. Затем снова бастион. В дневнике тех недель рядом стоят бомбардировка, карточные долги, ужасный насморк и желание влюбиться в сестру милосердия. Школьного седобородого Толстого здесь ещё нет. Есть молодой подпоручик, которого начальство хвалит за хладнокровие, а сам он регулярно записывает, что ленив, бесхарактерен и вообще живёт как-то неправильно...

«Вырос на глазу ячмень исполинского размера. Мучает меня так, что совершенно лишился всех чувств. Не могу есть и спать. Плохо вижу, плохо слышу, плохо нюхаю и даже очень поглупел», - писал об одном из своих недугов Лев Толстой. Он относился к здоровью очень трепетно. Всю жизнь вел дневники. Сегодня их изучают не только литературоведы, но и современные медики. Ведь имена исторических личностей позволяют привлечь внимание к тем или иным болезням. Помогают развивать у нынешних врачей клиническое мышление, а у пациентов - повышать интерес к заботе о собственном здоровье...

А еще сейчас что-то говорят про современное поколение, которое выворачивают всю свою жизнь наизнанку в соц. сетях. Чем лучше был Лев Толстой? Уже при жизни имевший огромный авторитет и популярность, он отлично знал, что все дневники получат широкую огласку рано или поздно. Почему он не уничтожил эти записи - вот что мне странно. С детства нам внушают, что Толстой - это эдакая глыба, Человечище, философ и моралист. Впрочем, как раз благодаря дневникам, все узнали, что и на солнце есть пятна. И даже...