Для одних — суровый пёс, одним своим видом заставляющий переходить на другую сторону улицы. Для других — ранимый домашний мыслитель, который будет тяжело и с укором вздыхать над пустой миской так, словно уже познал всю тщетность этого бренного мира. Итальянская порода соткана из удивительных противоречий. Серьёзная внешность соседствует с невероятной душевной тонкостью, а первобытная мощь с почти человеческой хитростью. Природа лепила каника не для того, чтобы он неподвижно и красиво стоял на выставке в ожидании медалей...