Дождливая, серая погода. За окном расстелился заблудившийся мусор, которому помогут найти в скором времени дорогу домой. Отдельные участки стоптанной земли, покрытой пылью, перешли в противоположное состояние, подчёркивающее слезливость сегодняшнего дня...

Октябрь в городе N угасал со всей подобающей отечественной словесности тоской: хлынул косой, ржавый дождь, превративший пришкольный двор в подобие Стикса, по которому уныло дрейфовали пакеты от чипсов. В кабинете русского языка и литературы пахло сырой шерстью, дешевым дезодорантом «Кристальный пот» и неизбежностью единого госэкзамена. На третьей парте у окна Вика Полядушкина, чьи губы благодаря гиалуроновой кислоте походили на двух жирных, сочных дождевых червей, беззвучно, но яростно материла в мессенджере своего сожителя-автомеханика...

Когда вспоминают «Гранатовый браслет», обычно говорят о великой безответной любви. Желтков любит Веру годами, ничего не требует, дарит ей семейную реликвию и в конце концов уходит из жизни, чтобы больше не мешать. Но когда я вернулась к этой повести сейчас, она показалась мне гораздо менее простой. Потому что со стороны Веры всё выглядит иначе. Незнакомый мужчина много лет наблюдает за её жизнью, пишет письма, знает, где она бывает, а затем присылает дорогой личный подарок. Сегодня такое поведение скорее встревожило бы, чем растрогало...