Если мужской нарциссизм часто заявляет о себе громко и открыто, то женский — искусство более тонкое. Она улыбается. Она шепчет. Она делает паузу ровно в том месте, где нужно, и так долго, как этого требует спектакль, поставленный ею самой. Снаружи: «идеальная женщина», «тонкая натура», «жертва», «святая». Это искусство мягкой власти, где сила заменена изяществом влияния. Она не заявляет о себе громко — она просто становится той мерой совершенства, тем шедевром, рядом с которым твой образ неизбежно кажется детским рисунком, а твои усилия — вечным приближением к недостижимому идеалу...