Ленинградские художники в Блокаду. Сдержанный пафос великой трагедии
«Лаборантке слова не давали» – оборвал завкафедрой при всём симпозиуме. Он не знал, что открытие, о котором он говорил, сделала я
Синий журнал лежал у меня на ладони, и засохшая капля реактива царапала кожу. – Данные перенеси ко мне в таблицу, – сказал Крапивин, не поднимая головы. – И это своё убери со стола. Захламляешь. Он сидел спиной к окну, свет падал ему на лысину, а передо мной на его столе лежала распечатка. Программа симпозиума. Я скользнула по ней глазами: секция органического синтеза, четверг, доклад – и его фамилия. Тема была моя. Я это отметила и тут же занялась колпачками на склянках, которые он оставил незакрытыми...