— Мам, ну ты же вдова, зачем тебе трёхкомнатная. Галина Тимофеевна поставила чайник на плиту и медленно закрутила вентиль газа. Кухня, восьмой этаж, окно на Волгу — вода за стеклом стояла плоская, седая от пекла. На кухонном столе перед ней уже лежала папка. Тонкая, картонная, с завязками. Она принесла её из своей комнаты минуту назад — и теперь Кирилл, её сын, тридцати девяти лет, сидел напротив и смотрел на эту папку так, будто она могла укусить. За столом, кроме них, была ещё Диана. Невестка. Она крутила чашку с остывшим чаем, и на безымянном пальце тускло блестело колечко с цирконом...