Когда я открыла старую хозяйственную сумку, которую свекор швырнул мне под ноги со словами, выметайся отсюда, нахлебница. Мои руки задрожали. Внутри лежали аккуратно перевязанные пачки денег. Много денег. Под ними белел конверт, с надписью моим почерком. Арине. Прочти сейчас. Но начать нужно с того дня, когда я впервые переступила порог этой квартиры. Мне было 20 лет, я была беременна, и безумно счастлива. Меня зовут Арина. Я выросла в детском доме после смерти матери. Отца не знала никогда. Всю жизнь мечтала о настоящей семье, о доме, где меня будут любить просто за то, что я есть...

— У вас картошка упала. Антонина Савельевна обернулась. Два пацана, одинаковых, худых, в не по размеру куртках. Один поднял клубень, вытер о штаны, протянул. Второй смотрел на лоток с вареной картошкой так, будто не ел три дня. — Спасибо. А вы чего тут вертитесь? Третий раз вижу. Старший дёрнул плечом: — Просто так. Она знала «просто так». Завернула две картофелины в газету, сунула огурец. — Завтра придёте — ящики потаскаете. Договорились? Они схватили свёрток и смылись, не сказав ни слова. Вечером, когда Антонина тащила бак с водой, они появились снова...