Кухонное окно было затянуто серой дымкой утреннего тумана, который казался отражением внутреннего состояния Кати. Она аккуратно расставляла фамильный фарфор на крахмальной скатерти, стараясь, чтобы звяканье чашек не выдало дрожь в руках. Сегодня был особенный день — утро перед шестидесятилетием Тамары Андреевны, её свекрови. Тамара Андреевна вошла в столовую так, словно это была сцена Большого театра, а не обычная квартира в центре города. На ней был шелковый халат цвета глубокого изумруда, а безупречная укладка намекала на то, что стилист заходил к ней еще на рассвете...