Запах чужого города всегда казался Марье Степановне запахом лени и бензина. В её родном Заречье утро пахло свежескошенной травой, парным молоком и тяжёлым трудом, от которого к вечеру гудела поясница. Марья Степановна не умела отдыхать — она умела «дюжить». И того же ждала от своего единственного сына, Ванюши, которого растила в строгости, вколачивая в него простую истину: мужик — это скала, а баба — его верная, вечно занятая тень. Она приехала без предупреждения. Сюрпризом. В руках — две тяжеленные сумки с домашними яйцами, банками солений и шматом сала, завернутым в газету...