– На Глухую тропу собрался, Гордей? Ты бы подумал сперва, прежде чем хвастать у всех на виду. Еремей Степаныч сказал это негромко, но в лавке сразу стало тихо. Даже весы, на которых я отвешивала крупу, будто качаться перестали. За окном с утра моросил мелкий дождь, крыши блестели, возле крыльца стояли три ружья в чехлах, а у двери топтались охотники, собираясь в Боровую падь. Гордей усмехнулся, поправил ремень через плечо и посмотрел на старика сверху вниз. Он был мужик видный, широкий, с чёрными усами, любил говорить громко и всегда так, будто вокруг сидят его слушатели...