В своей живописи Михаил Ларионов постоянно вёл диалог — с классиками, современниками и даже с целыми эпохами. Одним из его любимых «собеседников» был Эдуард Мане. Что связывает «Кельнершу» Ларионова и «Бар в “Фоли-Бержер”» Мане? Объясняет научный сотрудник Третьяковской галереи, ведущий специалист по русскому авангарду Ирина Вакар. Михаил Ларионов никогда не рассказывал о том, как создавал свои произведения. Даты на картинах он не ставил — если же ставил, то, как правило, ложные, способные «сбить со следа» всех, кто хотел разобраться в его творчестве...