В 1964 году зал ленинградского суда услышал диалог, вошедший в историю: — Чем вы занимаетесь? — Пишу стихи. Перевожу. — А кто вас признал поэтом? — Никто. А кто меня причислил к роду человеческому? Этот разговор, зафиксированный журналисткой Фридой Вигдоровой и опубликованный на Западе, превратил Иосифа Бродского из «лица без определённых занятий» в символ творческой свободы. Но кем он был на самом деле: лентяем, уклонявшимся от труда, или подвижником, чья работа изменила мировую поэзию? Чтобы ответить,...

1. Текст. Иосиф Бродский Письма римскому другу (из Марциала) [1] Нынче ветрено и волны с перехлёстом. Скоро осень, всё изменится в округе. Смена красок этих трогательней, Постум, чем наряда перемена у подруги. Дева тешит до известного предела — дальше локтя не пойдёшь или колена. Сколь же радостней прекрасное вне тела: ни объятья невозможны, ни измена! [2] Посылаю тебе, Постум, эти книги. Что в столице? Мягко стелют? Спать не жёстко? Как там Цезарь? Чем он занят? Всё интриги? Всё интриги, вероятно, да обжорство...