Знаете, я тут ехал в поезде, переслушивал свою симфонию и вдруг поймал себя на очень странном ощущении. Я почувствовал себя... многодетным отцом. Нет, я не про своих биологических детей. Я про музыку. В этот момент я ощутил к этому набору звуков какое-то совершенно иррациональное, тёплое, отеческое чувство. И вдруг меня прострелило: а ведь фраза «музыка живая» – это, возможно, вовсе не красивая метафора. Это сухой биологический факт. Мы привыкли относиться к искусству как к чему-то возвышенному, эфирному...