В октябре 1902 года прислуга усадьбы «Пенаты» заметила странный запах. Горело не дерево, не сухая листва. Горела бумага, много бумаги. Илья Ефимович Репин стоял перед камином, подбрасывая в огонь связки конвертов, перевязанных выцветшей лентой. Ему было пятьдесят восемь лет. Руки, написавшие «Бурлаков на Волге» и «Не ждали», дрожали. Но не от старости. От решимости. Что заставляет человека уничтожить самое дорогое? Не картину, не рукопись, а слова, которые когда-то были его воздухом? Чтобы понять...