Есть фильмы, которые от нас не зависят — их просто ставят каждый Новый год, и всё. «Морозко» (1964) как раз из таких. Дед Мороз, три медведя, Марфушенька-душенька со своим «Ой, батюшки, ягодки!» — кажется, что эта картина существовала всегда, сама собой, без всяких сложностей на площадке. Но это, конечно, не так. И сегодня я хотел бы рассказать о двух эпизодах со съёмок этой киносказки — один чуть не лишил нас фильма вообще, а второй едва не лишил зрителей одной из самых обаятельных ролей советского кино...