Когда он произнес это, монитор рядом с кроватью ровно пикнул. Не тревожно, не часто, просто спокойно, будто подтверждая каждую букву. Я сидела на жестком больничном стуле, вцепившись руками в холодные подлокотники, и смотрела на его пальцы. Они были прозрачными, почти восковыми, с темными пятнами вен под тонкой кожей. Тридцать лет вместе. Тридцать лет я считала, что знаю его лучше, чем саму себя. А он лежал здесь, под капельницей, и выдавливал из себя правду, которая весила больше, чем вся наша совместная жизнь...