Прошло еще несколько дней, но злые языки не умолкали. Желтая пресса старательно продолжала муссировать тот факт, что знаменитый художник "исписался" и докатился до позорного плагиата. Константин Яковлевич поспешно запер дверь своей петербургской квартиры и вышел на улицу купить свежих газет. Подняв воротник пальто, он постарался незаметно проскочить мимо швейцара. В свои пятьдесят два Крыжицкий был все еще красив - импозантный, подтянутый, с бородкой-эспаньолкой. Лучше бы он не читал этих пасквилей! Развернувшаяся в прессе полемика совершенно расстроила его...