Помню, как на одной из лекций по истории искусства преподаватель показал слайд с картиной польского художника Тадеуша Стыки «Леда и лебедь». Он произнёс название почти буднично, будто речь шла об очередном пейзаже. Я тогда записал имя в блокнот и благополучно забыл о нём на добрый десяток лет. Но недавно, разбираясь в том, как живопись передаёт представления о власти и о праве человека распоряжаться собственной судьбой, я снова наткнулся на это полотно. И оно заговорило со мной совершенно иначе...