- Рерих? Особая художественная ценность? – твердо стояла на своем экспертша из Центра Грабаря. – Да он посредственный художник! - В музеях висит? – угрюмо спрашивал я. - Висит. - Значит, ценность особую имеет. Музейную. Это было дело по крупному мошенничеству – одна предприимчивая воровка на доверии стянула у московских антикваров картин различных русских классиков миллионов на пять долларов. И квалификация ее злодеяний напрямую зависела от признания картин предметами, имеющими особую культурную ценность – по статье 164 срока куда больше...