– Не надо делать вид, что вы не понимаете, – сказала Кира. – На этой картине я. И я не разрешала меня выставлять. Она стояла посреди маленького зала библиотеки, где пахло свежей краской, мокрыми пальто и кофе из автомата в коридоре. В руках у неё был не телефон и не папка с бумагами, а сложенный вчетверо серый шарф. Кира мяла его так, будто пришла не спорить, а удерживать себя на месте. За её спиной, на дальней стене, висел портрет. Девочка лет тринадцати сидела на подоконнике, подтянув колени к подбородку...