Если бы лень была олимпийским видом спорта, мой муж Павел взял бы золото, серебро и бронзу, а потом подал бы апелляцию в суд за то, что его заставили подниматься на пьедестал. Я стояла в прихожей, сжимая ручку сумки, в которой лежали халат, сменная обувь и остатки моего терпения. Из гостиной доносился скорбный вздох — такой глубокий и трагический, словно там, на диване, умирал лебедь, а не лежал сорокалетний мужчина весом в девяносто килограммов. — Регина, ты? — голос мужа был слаб, как у больного в терминальной стадии авитаминоза...