Публика возмущалась, философы писали трактаты, а Магритт спокойно попивал кофе в Брюсселе. Париж, 1929 год. Молодой бельгиец с аккуратными усами и внешностью страхового агента берет холст и пишет на нем курительную трубку. Красиво, реалистично, почти как в каталоге табачной лавки – и неудивительно, художник в молодости зарабатывал рекламой и знал цену лаконичной картинке. Под трубкой он выводит каллиграфическим шрифтом: Ceci n'est pas une pipe. «Это не трубка». Публика, разумеется, не оценила. «Как...