Из Камышина — в мировые коллекции, из музеев — в арт-кэмп «Дикая Мята». Художник-абсурдист Харитон Круглов рассказал «Снобу» о Бахе и «Песнярах», «Собачьем лае» и курящем зайце, а также о том, как правильно рисовать грушу. Какое самое раннее воспоминание детства у вас связано с цветом, светом, желанием запечатлеть увиденное? Мне было лет пять, а цвет был белый. Цвели вишни. Их было очень много в Камышине. Май, деревья совершенно белые, голубое небо, трава. Это первое мое воспоминание о свете, цвете, его чистоте...

Художник, музыкант, эссеист-абсурдист, преподаватель живописи и графики в арт-кэмпе «Дикая Мята» Харитон Круглов уверен: все искусства будто ветви древа, а все дороги ведут под Тулу, в край, вдохновивший столько творческих людей. — Харитон, расскажите, как столичный художник родом из Камышина оказался вдруг под Тулой? Какими судьбами? — Жизнь — удивительная джазовая импровизация, иные пассажи бывают весьма неожиданными. Вот, казалось бы, два равнозначных события: в 2012 году выступал со своей группой...

Нынешний рассказ - о художнике предприятия в Вербилках из поколения рождённых после Войны, пик творчества которых пришёлся на время деградации и развала страны, её деиндустриализации и экономической разрухи. Причём основные события происходили очень быстро, практически взрывоподобно. Т.е. ещё вчера (допустим, в 1988-м году) было всё хорошо, а сегодня (допустим, в 1991-м) - повсюду развалины, и общество, быстро разделяющееся на испуганных, ещё донашивающих когда-то модные одежды, но уже потерявших...