Жюль Верн умел писать робинзонады. Увлекательные и при том не претендующие на высокую степень бытового правдоподобия, а порой условные, тяготеющие к жанру утопии. В «Гекторе Сервадаке» хорошо, наверное все, кроме изначального способа попадания землян на блуждающий по Солнечной Системе планетоид. Несмотря на всю насыщенность цифрами в миллионы лье и астрономическим вокабуляром с афелиями и перигелиями, история о том, как летевшая мимо комета, прихватила кусок Средиземноморья и лично лейтенанта...

Подводные лодки, космические полеты, видеосвязь — кажется, этот человек заглянул в будущее и описал его с точностью инженера. Но вот парадокс: в главном — в том, как именно человечество достигнет этих высот, — он ошибался постоянно. Как же при таком количестве промахов он умудрился стать символом научного предвидения? Вокруг фигуры Жюля Верна ходило множество слухов. Одни уверяли, что под его именем работает группа ученых, другие видели в нем тайного посвященного. Но истина прозаичнее — и одновременно удивительнее...