Весна 2011-го. Израиль, пригород Тель-Авива, пансионат с громким названием «Дом отцов». В палате на втором этаже сидит у окна пожилой мужчина. На плечи накинут плед, в руках – неизменная трубка. Он уже почти не курит, но пальцы помнят этот жест сорок лет. За окном – апельсиновые деревья, цветущий миндаль, яркое солнце. А в комнате – вечные сумерки. Человек у окна шепчет. Тихо, почти беззвучно. Слова, знакомые каждому школьнику советской эпохи: «Быть или не быть?» Он играл Гамлета в двадцать два года...