На бенефисе в Ростове-на-Дону осенью 1884 года Петрос Адамян сделал нечто странное. Первый монолог Гамлета он прочёл по-русски. Потом вышел со стихотворением Франсуа Коппе — на французском. А финальный акт «Разбойников» Шиллера сыграл по-армянски. Зрительный зал принял это как художественный манифест — и был прав. Адамян сознательно строил вечер как высказывание. Этим высказыванием была армянская речь на большой сцене. Он мог бы играть по-французски — им владел безукоризненно. Но Адамян выбирал...