12 апреля 1986 года в правительственной больнице Москвы внезапно остановилось сердце Валентина Катаева. Родные ждали его домой через два дня: после февральского инсульта врачи говорили, что дело идёт на поправку, выписку назначили на понедельник. Не дождались. Ему было восемьдесят девять, и он пережил почти всех, с кем начинал: учителя Бунина, брата Евгения, друзей Ильфа и Олешу, расстрелянного Бабеля. Хоронили на Новодевичьем кладбище, с государственными почестями. Гроб несли писатели помоложе, те самые, кого он когда-то учил ремеслу и печатал в журнале «Юность»...

Однажды восьмилетний мальчик Валя Катаев решил, что непременно станет писателем. Только писателем, а не летчиком, не водителем трамвая. Валентин не был прокрастинатором: раз решил, начинать нужно сейчас. Писатель ведь профессия вне возраста. Тем же утром он отправился в ближайшую деревню и купил толстую тетрадь за 3 копейки. Озаглавил тетрадь “Собрание сочинений Валентина Катаева” и приступил к исполнению мечты. Он писал и стихи, и эпиграммы, и прозу: описание моря, почты, всего, что он видел вокруг...

Евгений Петрович Катаев (Евгений Петров) «Валентин и Евгений Катаевы — примечательное по наглядности опровержение схемы советской литературы 1920-х годов о двух братьях — красном и белом. То бишь, исходно — полное совпадение с этой схемой. Старший брат, полностью прошедший социализацию в самодержавной России и потому опутанный, как цепями, предрассудками старого мира — белый. Хотя лично он вроде бы и неплохой человек, но буржуазно-крепостнические представления висят у него на ногах, как гири: единая и неделимая Россия, патриотический долг, честь офицера и всё такое прочее...