В кресле, что видало, должно быть, не одно поколение печалей и невысказанных слов, сидит человек. Его взгляд блуждает по корешкам книг, по паутине в углу, по пятну сырости на потолке – всему тому, что составляет неотъемлемую часть его собственного существования, такого же застывшего, такого же обремененного прошлым, которое и не прошло вовсе, а просто осе́ло тяжелой, невидимой пылью. И вот его мысль, как старый, несмазанный механизм, начинает поворачиваться, цепляясь за одно из этих имен, одно из этих свидетельств чужого, но такого знакомого одиночества и абсурда...

История о простом парне, который в один момент проснулся насекомым.