Когда в зале гаснет свет и первые такты увертюры мягко накрывают зрительный зал, кажется, будто время делает едва уловимый шаг назад. Не в музейную витрину, не в пыльный архив, а в живую ткань эпохи, где чувства не прячут за парадными фасадами, а говорят прямо, пусть и шёпотом. Именно так звучит «Евгений Онегин» Петра Ильича Чайковского, опера, которая, вопреки всем законам сценической моды, не стареет. Она не просто держится в репертуаре, она дышит, откликается, заставляет зрителя узнавать в героях себя...