Дождь безжалостно хлестал по высоким окнам старинной петербургской квартиры, смывая очертания города и превращая уличные фонари в размытые акварельные пятна. Элина стояла перед огромным напольным зеркалом, затаив дыхание. На ней было платье. То самое, из тяжелого матового шелка цвета слоновой кости, с открытой спиной и длинным, струящимся шлейфом. Платье, в котором ровно через три недели она должна была сказать «да» человеку, ставшему ее спасением, ее каменной стеной и ее тихой гаванью. Сзади к ней бесшумно подошел Артур...