(источник) И он умирает, как всякий другой. Часы прозвонили: «Сегодня!» Он будет лежать простертый, нагой, Суда ожидая Господня. Его гениальность растает, как дым, Под взором иных поколений — И страшным парадом пройдут перед ним Друзей оклеветанных тени...