Никто не ожидал, что хрупкая, внешне мягкая женщина однажды откроет для советского кино дверь, в которую никто до неё не решался войти. Сцена, которая позже станет легендой, сделает Елену Максимову символом смелости и одновременно мишенью для чиновничьего гнева. Так начнётся её путь — резкий, шумный, полноразмерный, будто снятый крупным планом. При этом «бабушка Советского Союза», которой её запомнили миллионы, в реальности жила совсем иначе: со вспышками, с горькими затяжками дешёвых папирос, с...