Надежда не сводила глаз с собеседницы. — Я вас внимательно слушаю, — ответила Надежда. — Я переписываю на тебя свое ателье, а ты берешь на себя, грубо говоря, мою старость, — твердым тоном произнесла Екатерина Евгеньевна. — Это как? — женщина нахмурилась. — Понимаешь, сегодня, глядя на своего сына я поняла одну вещь, — ответила Екатерина Евгеньевна. — В этом мире для него существует только он сам и его дочь. Все остальное для него не важно: ни я, ни мое ателье, ни память об отце. Ты же прекрасно слышала, что я должна продать мое детище, потому что ему нужны деньги для расширения бизнеса...