— Тамарочка, у меня совсем не осталось денег на лекарства, ты не могла бы перевести еще пять тысяч? Голос моей матери, Елены Викторовны, звучал привычно жалобно, с той самой интонацией, которая раньше заставляла меня немедленно бежать к терминалу. Я сидела на кухне, глядя на экран ноутбука, где мигал курсор недописанного текста, за который мне должны были заплатить сущие гроши. Дочка, маленькая Соня, спала в соседней комнате, а я чувствовала, как внутри закипает холодная ярость, копившаяся месяцами...