До шести с половиной лет я рос без отца. Когда все это время ты живешь с ним под одной крышей, звучит это, согласен, странно. Но суть в том, что до определенного момента его участие в моей судьбе ограничивалось лишь процессом зачатия. Как он объяснил мне потом, он приглядывался. Я почти ничего не помню из той поры. Детские ощущения быстротечны. Не за что зацепиться. Закрыв глаза и копаясь в памяти, я вижу только короткие вспышки, которые заполнены большим счетом моей матерью. Очень часто – это одно ее лицо...