Поэт Сергей Иванов страдал. Страдал красиво, с душой, как умеют страдать только поэты. — Я осел! Мерзавец и бездарность! — театрально объявил он монитору ноутбука, с которого на него смотрел девственно-чистый лист. — Я обидел Аньку, и она ушла. И муза моя ушла вместе с ней. Потому что ее я тоже, похоже, обидел! Он уронил голову на стол рядом с клавиатурой. Хотелось зарыдать. Но ведь мужчины вроде не плачут. Поэтому он просто закрыл глаза и упивался своим горем. И вдруг почти у него над ухом кто-то кашлянул...