Часть I. Стеклянный дом Наш дом был красивым. Слишком красивым для людей, которые в нём жили. Три этажа, панорамные окна, белый рояль в гостиной, на котором никто не играл. Артём любил говорить: «Это дом для семьи. Для настоящей семьи». И каждый раз, когда он произносил слово «настоящая», я чувствовала, как что-то внутри меня сжимается в тугой комок. Мы были женаты девять лет. Девять лет я пила горькие таблетки, ходила по врачам, лежала на сохранении, теряла — и снова надеялась. Три выкидыша. Диагноз, который прозвучал как приговор: синдром Ашермана...