Илья Морозов и Дмитрий Савин уходили к старому кедрачу в самом начале марта, когда северная тайга уже начинала понемногу меняться перед весной, но зима всё ещё держала лес крепкими морозами и глубокими снегами. С утра небо стояло тяжёлое и мутное. Над сопками медленно тянулись серые облака, на старых елях висел толстый иней, а в воздухе чувствовалась та особенная сырость, которая приходит в тайгу перед мокрым снегом. До затерянной тропы было далеко. Когда-то через старый кедрач проходил большой промысловый маршрут...