— Твой старый фамильный рояль мы распилим на дрова, он занимает место под диван свёкра! — безапелляционно заявил зять, с грохотом опустив на наборный паркет ярко-оранжевую бензопилу. От резкого удара по полу прокатилась глухая вибрация, а медный колокольчик в старинном буфете тонко и жалобно звякнул. — Вадик, ты с ума сошел? — голос Полины сорвался на фальцет, пальцы вцепились в шелковистый край рояльной крышки. — Это «Блютнер»! Ему больше ста двадцати лет! На нем моя прабабушка играла Рахманинова,...