Июньские сумерки в городе N ложились на заброшенное трамвайное депо густым сиреневым бархатом, какой бывает лишь на кулисах старых провинциальных театров. Остовы списанных вагонов, наполовину ушедшие в бурьян и крапиву, казались замершими в вечном поклоне левиафанами ушедшей эпохи. Тишина стояла монументальная, прерываемая лишь сухим металлическим стрекотом цикад. На ржавой подножке вагона № 37, свесив крошечные ножки в идеально начищенных анатомических туфельках двадцать четвертого размера, сидела Александра Сергеевна Пушкина...

Роман Александра Дюма "Граф Монте-Кристо" по праву считается одним из самых глубоких произведений о человеческой психологии, месте и предательстве. Но есть в этом произведении сцена, которая редко попадает в центр внимания критиков, хотя именно она демонстрирует механизм человеческой трусости с хирургической точностью. Речь идет об эпизоде, когда Кадрусс, зная правду об аресте Эдмона Дантеса, хочет рассказать эту правду окружающим. Данглар — истинный виновник трагедии — останавливает его короткой, но емкой фразой: "Молчи, несчастный! Молчи, если тебе дорога жизнь...