— Никита Сергеевич, а правда, что ради красивой женщины можно отменить даже съемочный график? — лукаво прищурилась журналистка, поправляя микрофон. Именитый режиссер на миг остановился. В его глазах мелькнула та самая фирменная искра, которую миллионы зрителей привыкли видеть на экране. Он наклонился к ней чуть ближе, чем того требовали рамки приличий, и тихо, так что его бархатный голос услышала только она, ответил: — Милая моя, ради по-настоящему красивой женщины можно отменить целую эпоху. Но только если эта женщина сама способна создать новую...