Я аккуратно, стараясь не звенеть стеклом, укладывала формы для запекания обратно в брезентовую сумку. Молния застегнулась с сухим, хрустящим звуком. Галина Николаевна металась между газовой плитой и кухонным столом, напоминая крупный, богато украшенный пылесос, запутавшийся в собственном шнуре. Ее массивные янтарные бусы подпрыгивали на пышной груди в такт каждому истеричному шагу. — Ты не можешь так поступить! — свекровь от возмущения перешла на оглушительный визг. — Гости придут через четыре часа! Ты мне весь праздник срываешь, бессовестная! Я спокойно закинула лямки сумки на плечо...