Недавно я с удивлением узнал, что одну из самых знаменитых картин русской живописи современники считали черновиком. Мазки слишком широкие, контуры размыты, лицо вроде бы прописано, а руки будто только намечены. «Этюд», - пожимали плечами одни. «Набросок», - соглашались другие. И только Павел Михайлович Третьяков, глядя на «недописанный» портрет двенадцатилетней девочки, произнёс: «Большая дорога лежит перед этим художником». Всего в паре верст от Троице-Сергиевой лавры, там, где течет речка Воря, расположилась усадьба Абрамцево...