Гром должен был прозвучать после слов Лиды: «Я всё равно пойду». До них оставалось три реплики, когда она замолчала. Под белым светом рампы внучка Павла Семёновича стояла посреди нарисованного леса и смотрела в темноту за кулисами. Левая рука теребила край зелёного передника — так Лида делала, когда забывала текст. Павел Семёнович увидел её испуг и потянул деревянную рукоятку. Подвешенный за декорацией лист кровельного железа заходил ходуном. Над сценой прокатился низкий грохот. Девочка вздрогнула, шагнула назад и задела картонную ель...