Окрестность раскинулась перед ним — хмурая, осенняя, укутанная туманом, словно саваном. Денис Давыдов, сидя в седле, вглядывался в смутные очертания деревушки, имя которой уже стёрлось из памяти. В груди клокотала смесь гордости и досады: расчёт его оказался верен, но покушение графа Орлова‑Денисова не принесло тому ожидаемой пользы. Граф, словно загнанный зверь, вынужден был вернуться на прежний путь. «Если б партия моя была сильнее, — думал Давыдов, — дорого бы ты заплатил за усмешку свою, граф,...