В сентябре 1823 года в залах Императорской Академии художеств появились три картины, представленные на соискание академического звания. Имя автора знатокам было известно давно, но знали о нём и другое, то, что этот человек, которого журнал «Отечественные записки» уже сравнивал с Тицианом, ещё полгода назад оставался крепостным. Ему было сорок семь лет. Среди трёх полотен одно приковывало взгляды особо, и на нём была изображена девушка за кружевным станком, обернувшаяся к зрителю с лукавой полуулыбкой...