Чехов был слишком ироничен, чтобы влюбляться всерьез и надолго. До 41 года он оставался убежденным холостяком. С легкой усмешкой расставался с мимолетными увлечениями, а потом безжалостно и точно выводил образ «молодой, хорошенькой, развратной гадины» в своих рассказах. И все-таки нашлась женщина — «громадная змея», называл он ее, — приковавшая Антона Павловича к себе невидимыми цепями. Это был очень странный брак… Но другого у гениального писателя и быть не могло. Детство у Антона было трудным и бедным...