«За неделю до смерти Чайковский жёг письма пачками. Он был уверен в успехе. Но архивисты XX века нашли то, что он считал уничтоженным — и эти письма рассказали совсем другую историю его жизни.» В 1923 году сотрудник Клинского дома-музея разбирал шкаф с нотными рукописями. Между страницами незаконченной партитуры лежали листки, сложенные вчетверо. Почерк узнавался сразу: торопливый, с характерным наклоном вправо. Письма Чайковского. Те самые, которых, по общему убеждению, больше не существовало. Он позаботился об этом лично...