Ноябрь 1893 года. Петербург готовился к балам, в ресторанах гремели оркестры. Но 6-го числа весть разлетелась мгновенно: Чайковский умер. Ему было 53 года. Врачи вынесли вердикт — холера. Болезнь страшная, но заурядная для столицы. Только вот сам композитор считался персоной почти неприкосновенной. И публика — и тогдашняя, и нынешняя — задаётся вопросом: как так вышло? Очень быстро официальный диагноз перестал устраивать всех, кто знал композитора лично, а через полвека и вовсе превратился в предмет ожесточённых споров...

В последние годы жизни Чайковский изведал, наконец, полный и безоговорочный триумф. Он гастролировал как дирижёр во многих странах Европы и США, получил степень доктора музыки Кембрижского университета, и его репутация первого композитора России уже никем не оспаривалась. Пресса (русская и западная) много писала об успехах Чайковского, но среди сохранившихся газетных материалов довольно редко встречаются интервью. Тогда этот жанр был ещё новинкой журналистики, принято было просто цитировать текст авторского высказывания в виде монолога...

Этот человек, который только что закончил партитуру, от которой через сто лет будут плакать миллионы откладывает перо, смотрит на свечу и думает не о славе. Он думает о том, хватит ли денег на обед завтра. Именно так выглядели будни Петра Ильича Чайковского. Не бронзового классика с постамента, а живого, нервного, вечно сомневающегося человека с трясущимися руками и бессонницей. Он родился в 1840 году в Воткинске, маленьком уральском городке, где отец служил горным инженером. Семья была большой, шумной и, по меркам того времени, вполне обеспеченной...