Зима в тот год выдалась безжалостной. Она ворвалась в провинциальный городок не легким снежком, а злым, колючим бураном, который за одну ночь намел сугробы в человеческий рост. Ветер выл в водосточных трубах, словно раненый зверь, а мороз сковывал дыхание, превращая выдохи прохожих в густые облака пара. Десятилетний Шурик брел вдоль глухого бетонного забора железнодорожного депо. На нем была старая, явно с чужого плеча куртка, рукава которой приходилось подворачивать дважды, и вязаная шапка, натянутая по самые брови...